Tags: занимательное фальсифицирование

автопортрэт

(no subject)

Первое письменное упоминание об Амстердаме относится к 27 октября 1275 года. Сегодня ночью была установлена истинная история происхождения названия этого города.

27 октября 1275 года король Англии Эдуард I Длинноногий приехал с официальным визитом в Голландию. В программу мероприятий входило посещение безымянной, но очень уютной рыбацкой деревни.

Когда Эдуард I и сопровождавший его граф Флорис V Голландский прибыли на место, граф спросил монарха:

- Wilt u een hapje haring, Majesteit?*
- Gerne!** - ответил Эдуард.

Флорис и Эдуард вошли в трактир. Его хозяин слыл человеком передовых взглядов, потому что любил подшучивать над посетителями и не делал разницы между простолюдином и монархом. Не успел августейший заморский гость сесть за стол, как трактирщик бросил ему за шиворот хомяка. Эдуард не заметил этого и продолжал вести разговор с Флорисом.

- Как по-вашему, какое название подошло бы этой деревушке? - спросил граф.

В этот момент Эдуард почувствовал шевеление за воротником. Известно, что Эдуард I Длинноногий был храбрым королём и боялся только войны с Шотландией и хомяков.

- A hamster! Damn!*** - в ужасе вскричал он и буквально в два прыжка выскочил из трактира.
- Амстердам? - не расслышал Флорис. - Что ж, недурно!

Так город получил название, а Эдуард I прозвище - Длинноногий.

________________________________________
* Не желаете ли селёдочки, ваше велико? (нидерл.)
** Охотно! (нем.)
*** Хомяк! Ядрёна вошь! (англ.)

автопортрэт

Москвоведение.

Моя мама считает, что водить по Москве экскурсии очень легко: все названия - исторические. Она права. В Большом Харитоньевском переулке, к примеру, жил большой Харитон, в Малом Харитоньевском - малый Харитон. Рублёвское шоссе устлано рублями. Хо Ши Мин, приехав в Москву, поселился на площади Хо Ши Мина. Она находится на пересечении улицы Дмитрия Ульянова и проспекта 60-летия Октября, где, кстати, жило 60-летие Октября.

Аллея Пролетарского Входа есть, но Пролетарского Выхода всё равно нет. На Потешной улице находится психиатрическая больница, на Весёлой - психоневрологический диспансер. На улицах ЦНИИМЭ и ЦНИИМОД разговаривают буквами, а после этого попадают на Потешную или Весёлую.

На Большой Коммунистической улице построили было коммунизм, но тут пришёл Александр Исаевич Солженицын, и все разбежались. С тех пор это улица Александра Солженицына. И больше ничья.

Collapse )
автопортрэт

Набоков и "Машенька".

Сегодня я проснулся в полёте - сын спихнул меня с кровати. Долетев до пола, я сильно ударился головой, и на меня снизошло озарение: роман Набокова "Машенька" написан в честь одноимённого инсектицидного карандаша.

Когда зарождалась идея романа "Машенька", Набоков жил в Берлине. Он бедствовал. Жилище писателя было скромным, и ему часто приходилось морить тараканов. В одном из писем к своей будущей жене Вере Слоним Набоков писал:

"Я стосковался по утраченной России, но более всего вздыхаю о лучшем, что дала она миру, - карандаше "Машенька". Эти прусские прусаки, чёрт их подрал, необыкновенно назойливы. Они докучают мне и не дают почивать - ни на лаврах, ни в постели... Я замыслил роман, который назову "Машенька". Он обессмертит доброе имя спасительного карандаша.

Засим остаюсь твой покорный слуга,
Вольдемар

P.S. Пришли денег".


Подлинность этого архивного документа, найденного в дельте реки Янцзы, неоспорима.
автопортрэт

Ещё несколько разоблачений.

В антисемитизме меня обвинить невозможно, легче заподозрить меня в просемитизме. Как бы то ни было, выставляю на всеобщее обозрение несколько важных фактов, разоблачающих известные заблуждения.

Collapse )
автопортрэт

А теперь о погоде.

Тьма египетская за окном (Исход 10:22-23) навевает на размышления об атмосферных явлениях.

Этимологию слова "торнадо" знают немногие. А дело было так.

Однажды старый мудрый раввин сидел у себя дома и спокойно обедал. Внезапно к нему ворвалась толпа людей, чтобы рассказать о странной воронке, спускавшейся с небес.

- Ребе! - воскликнула толпа. - Мы навлекли на себя гнев Всевышнего! С небес спустилась какая-то штуковина, а теперь она почём зря пожирает наш скот! Что нам делать? Нельзя же есть одну мацу! Да что это, в самом деле, такое?

Раввин, недовольный внезапным визитом, продолжал жевать. Посетители уважительно притихли.

- Торнадо, - наконец пробурчал с полным ртом мудрец. - Торнадо чи...

- Торнадо! Торнадо! - взорвалась толпа. - Это торнадо! Одиннадцатая казнь египетская называется торнадо! Изя, Хаим, раз уж на дворе конец света, дайте взаймы до субботы?

Рокочущая толпа шумно покинула дом раввина. В комнату вошла его встревоженная жена.

- Ой-вей, Моня! - сказала она. - Что это было? Кто все эти поцы? Что ещё за торнадо?

- Успокойся, Сарочка. Я сказал им: Тору надо, Тору надо читать. А они опять всё поняли по-своему и сейчас учинят какой-нибудь разгром. Положи мне ещё гефилте фиш, я не хочу думать об этих глупостей...
автопортрэт

Гойя.

В 1766 году будущий великий художник Франсиско Гойя, а пока ещё 20-летний Франсиско приехал в Мадрид. Местные власти строго следили за оформлением приезжими временной регистрации, и молодой Франсиско нехотя поплёлся в мадридское отделение Федеральной миграционной службы Испании.

- Лимита? - не открывая сонных глаз, спросил потный, тучный охранник. - Ну-ну. Налево по коридору, четвёртый кабинет. За туалетом.

Юный Франсиско проследовал туда. В кабинете было душно. За столом, заваленным бумагами, сидел сухощавый человечек с тонкими чёрными усами.

- Имя? - спросил он сквозь зубы.
- Франсиско.
- Как? Сосиска? - криво усмехнулся человечек.
- Франсиско! Как город в США. Штат Калифорния, губернатор - Арнольд Шварценеггер.
- Понятненько... - Человечек прищурился и оценивающе взглянул на юношу. - Еврей?
- Кто? Шварценеггер?
- Нет, ты.
- Гой я.
- Нет, - твёрдо решил человечек. - Ты еврей.
- Гой я! - вскипел Франсиско. - И не только Гой я, но и Лусьентес!
- Ладно-ладно... - Человечек испуганно съёжился. - Будь по-твоему!

Неловким движением он открыл реестр и, шевеля тонкими усами, записал: "Франсиско Гойя-и-Лусьентес".

Так волею работников паспортных столов люди порой получают неожиданные имена.
автопортрэт

Тошнота.

"И какой же русский не любит быстрой езды?" - вопрошал Н.В. Гоголь.

Я знаю ответ.

Не любят быстрой езды те, кого укачивает. Они вообще не любят езды. Им, гагарам, недоступно наслаждение дорогой: торможенье их пугает. Эти люди смотрят на внешний мир иначе - только вперёд, по ходу движения и ни в коем случае не по сторонам.

При этом у них богатый внутренний мир, который они при первой же возможности демонстрируют окружающим. Нарушения вестибулярного аппарата породили многих незаурядных писателей, философов, учёных.

Например, французского экзистенциалиста Жана-Поля Сартра. Его главное произведение - роман "Тошнота" - посвящено перегону между станциями метро "Библиотека имени Ленина" и "Кропоткинская".

Даже Пушкин - наше всё - устами Бориса Годунова сказал: "И всё тошнит, и голова кружится, // И мальчики кровавые в глазах..." Многие считают, что Пушкин тоже ездил на метро. Именно там его и укачало.

От имени людей со слабым мозжечком высказался Хармс: "Нас всех тошнит".

"Русь, куда ж несешься ты? дай ответ", - просил Н.В. Гоголь. Но Русь не давала ответа. Её укачивало и тошнило.
автопортрэт

Откуда есть пошёл город Ленинабад.

Английский писатель Герберт Уэллс очень любил мечтать. Залезет иной раз на дерево и сидит мечтает, в носу ковыряет. Мечтал он о всяком: о полётах на Луну, о машине времени, о зверолюдях... Хотя чего о них, казалось бы, мечтать, когда люди и так звери.

Однажды Герберт Уэллс ел пудинг и услышал о том, что в России тоже есть мечтатели. Называются они "the Bolsheviks", а главный мечтатель у них - Ленин. Страсть как захотелось английскому писателю познакомиться с Лениным, и поехал он в Москву.

Пришёл Герберт Уэллс в Кремль, а охрана его не пускает: стой, дескать, кто идёт.

- Герберт Уэллс из Англии. Мне бы Ильича.
- Шпиён аглицкий, что ль?
- Нет, английский шпион - Берия, а я - писатель и публицист. На протяжении творческой жизни напишу ок. 40 романов, опираясь на естественно-научные концепции.

Зауважала его охрана и пропустила. Входит писатель в кабинет к Вождю мирового пролетариата, а тот лежит на кушетке и бормочет: интернационал, общенациональный банк, конфискация всех помещичьих земель... Мечтает, стало быть. Герберту Уэллсу это так понравилось, что он даже назвал Ленина "кремлёвским мечтателем".

Подружились они и стали мечтать вместе. Мечтают день, два, три... На четвёртый заскучали. Что же делать? Ленин подумал немного, хитро прищурился да и говорит:

- А давай, Гегбегт, отпгавимся мечтать на юга! - и правой рукой указывает путь к светлому будущему.

Отправились Ленин с Гербертом Уэллсом в солнечный Худжанд, что в Таджикистане. Как только сошли с поезда, английский гость принялся допрашивать набежавших зевак:

- Ну что, пролетарии, нравится вам Ленин, Вождь мирового пролетариата, кремлёвский мечтатель? Ведёт он вас к светлому будущему?

А те головой качают:

- Не нравится! Ленина bad, Ленина bad!

С тех пор стал город Худжанд называться Ленинабадом. А Душанбе вслед за ним - Сталинабадом. Но это было уже после XX съезда.
автопортрэт

Mercedes-Бенц.

       Истинная история возникновения названия "Mercedes-Benz" уже много лет будоражит умы исследователей. Выдвигаются две основные версии.

       Версия №1.
       В 1902 году проходили испытания первого автомобиля, выпущенного под маркой Mercedes. В качестве зрителей на испытаниях присутствовали Готтлиб Даймлер, основатель компании Daimler-Motoren-Gesellschaft, выпускавшей машины этой марки, и несколько иностранных гостей. Во время испытаний случился конфуз: водитель перепутал педали и врезался в стену с громким звуком "бенц". Повисла неловкая пауза. Чтобы прервать её, один из гостей спросил:
       - Готтлиб, как вы назовёте этот автомобиль?
       Даймлер не знал иностранных языков и подумал, что его спрашивают о случившемся. Он показал на разбитую машину, развёл руками и объяснил:
       - Mercedes - бенц...

       Версия №2.
       У Эмиля Еллинека, главы представительства Daimler-Motoren-Gesellschaft во Франции, была дочь, которую звали Мерседес. Когда руководство компании выбирало название для автомобиля, Еллинек предложил назвать его Mercedes Benzionovna.
       - Прекрасная идея! - сказал Готтлиб Даймлер. - Но почему Benzionovna?
       - Видите ли, старина, - ответил Еллинек, - моё настоящее имя - Бенцион. По паспорту моя дочь - Мерседес Бенционовна. Я бы не хотел, чтобы её путали с героиней романа "Граф Монте-Кристо", этой продажной девкой по имени Мерседес! Моя дочь совсем не такая!
       - Дорогой Еллинек, не горячитесь. Вы знаете, что в последние годы как никогда сильны сионистские настроения. Я уважаю последователей Теодора Герцля, но разве только они будут нашими покупателями? Давайте найдём нейтральный вариант.
       После короткого, как теперь принято говорить, холивара Даймлер и Еллинек пришли ко всемирно известному компромиссу.